Автор очерка разоблачает тяжелейшее положение женщины в традиционном китайском обществе, основанное на конфуцианской философии (ян/инь), где женщина подчинена мужчине и обречена на «троякое рабство»: отцу, мужу, сыну. Автор подробно описывает системную дискриминацию: праздник при рождении мальчика и молчание при рождении девочки, запрет на образование для женщин («Невежество – женская добродетель»), их роль бесплатной прислуги, полное отсутствие прав. Особое внимание уделяется шокирующим физическим «уродствам» – бинтованию грудей (для аристократок) и ног (повсеместно на севере), калечащим женщин и превращающим простолюдинок в инвалидов. Автор упоминает попытки борьбы с этими обычаями после революции (включая агитплакаты), но подчеркивает живучесть патриархальных устоев в мещанской среде, где немытая женщина рискует остаться незамужней. «Троякое рабство знает для женщины китайский быт. До свадьбы она подчинена отцу. После свадьбы – мужу. После смерти мужа – сыну». «С трудом идет китаянка, ступая пятками, от которых вперед торчит короткий клинышек носка».
Исследование поддержано грантом РНФ, проект № 25-78-10055 «Становление художественной этнографии в творчестве дальневосточных писателей (середина XIX – первая половина XX вв.)».
Китаянка: очерк // Эхо. – Харбин, 1925. – № 47. – 3 июля. – С. 3.
